Войти | Регистрация | Забыли пароль? | Обратная связь

2022/1(28)
спецвыпуск


НАУКИ О КУЛЬТУРЕ И ИСКУССТВЕ: ПЕРСПЕКТИВНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

конференция аспирантов
и молодых ученых
24-25 января 2022 г.
Москва


Доклады

Васильев Г.Е.

Проблема «сознания» в современной социокультурной ситуации: от культуры к технологиям манипуляции массовым сознанием


Михальский Ф.А.

Феномен московского предпринимательства и его концептуальные особенности на рубеже XIX–XX веков


Кудряшова А.А.

Дневник Елизаветы Дьяконовой как источник по истории гендера в России 


Егоров Н.В.

«Первое восьмикнижие» А.Ф.Лосева как универсальная культурологическая пропедевтика


Киселёв Г.А.

Музыкальная комедия: прошлое и будущее


Радаева В.С.

Историко-культурная и эстетическая ценность фольклора: проблемы патриотического воспитания учащихся творческих колледжей 


Чувилькина Ю.В.

Ориентализм в живописи и культуре Средней Азии: коллекция Государственного музея искусств Республики Каракалпакстан им. И.В. Савицкого 


Ртищева И.А.

Малый музей: к вопросу о формировании понятия


ЗотоваТ.А.

Музеи под открытым небом и музейно-парковые комплексы: генезис и подходы к классификации


Краснова Т.Н.

Национальные принципы реставрации в контексте проблем сохранения культурного наследия


Саркисова Е.Г.

Музей в Интернет-пространстве: актуальные коммуникационные стратегии и практики

  

Архив

DOI 10.34685/HI.2022.38.36.009

ЗотоваТ.А.

Музеи под открытым небом и музейно-парковые комплексы: генезис и подходы к классификации

Аннотация. В статье публикуются предварительные результаты исследования, которое проводится на базе Центра экспозиционно-выставочной деятельности (музеев) Института Наследия. Оно обращено к анализу формальных и неформальных музейно-парковых комплексов, синтезирующих в своем общественном пространстве музейные и парковые функции. Цель данной работы – показать отличия и схожесть разных типов музеев под открытым небом и парков, а также рассмотреть процессы их сближения и синтеза; предложить подход к универсальной классификации различных форм сохранения и актуализации культурных ландшафтов.

Ключевые слова: музей под открытым небом, музей-заповедник, музей живой истории, живой музей, экомузей, национальный парк, музейно-парковый комплекс, история музея, классификация музеев под открытым небом.


В статье рассматриваются история и особенности деятельности различных типов музеев под открытым небом и парков, обеспечивающих сохранение, воссоздание и моделирование историко-культурных ландшафтов. Основная цель – показать процесс их постепенного сближения и современного синтеза в феномене музейно-паркового комплекса (МПК), т.е. новой формы сохранения и актуализации наследия, объединяющей в своем общественном пространстве музейные и парковые функции.

Следует отметить, данное исследование первым обращается к феномену МПК, если не считать немногие статьи, посвященные отдельным проблемам этих учреждений [1–3]. Поэтому автором учитывались разработки коллег, занимающихся музеями под открытым небом, тематическими парками (музеями «живой истории») и национальными парками. В том числе – Б.В.Гнедовского [4], Е.Чайковского [5], Н.М.Забелиной [6], О.Г.Севан [7, 8], М.Е.Каулен [9], В.В.Тихонова [10–12], В.П.Глушковой [13], О.Ю.Нельзиной [14], K.Boardman [15] и др. Кроме того, использовались материалы музеографического характера, содержащие описание оригинальных и характерных музейных и парковых проектов.

К настоящему времени сложилось несколько основных форм сохранения и актуализации историко-культурных ландшафтов, т.е. совместных творений человека и природы, которые иллюстрируют эволюцию социальных групп и поселений, происходившую под влиянием различных факторов – внешних и внутренних, благоприятных и неблагоприятных, физических и социальных [16].

Развитие отличных музейных и парковых форм охраны и актуализации таких историко-природных объектов связано с широким диапазоном их реальных воплощений. Принято объединять их в три основные категории:

1) четко обозначенные ландшафты, сознательно задуманные и исполненные человеком;

2) органически развивавшиеся ландшафты, возникшие из-за потребности социального характера и сложившиеся под воздействием своего природного окружения; они делятся на:

- реликтовые ландшафты, в которых эволюционный процесс уже остановился;

- развивающиеся ландшафты;

3) ассоциативные культурные ландшафты, обусловленные эмоциональной связью со социокультурными явлениями и событиями [16].

Следует добавить, что в российском законодательстве историко-культурные ландшафты соответствуют «ансамблям», «достопримечательным местам» [17] и «ООПТ» [18]. Конечно, в случае, если обладают необходимым юридическим статусом.

Нормативная и методологическая система, которая сложилась в России и за рубежом в течении ХХ в., предполагает превращение ценных историко-культурных ансамблей и территорий в музеи под открытым небом или парки. Рассмотрим генезис их основных типов, выделив их принципиальные особенности.

На рубеже XIX–XX вв. появились традиционные музеи под открытым небом in situ, ставшие наиболее эффективной формой сохранения значимых ансамблей и достопримечательных мест. До этого мемориализация данных объектов проводилась преимущественно за счет возведения культовых построек и установки обелисков. То есть, в современном понимании, с нарушением целостности исконного ландшафта [9].

В основе музея insitu лежит принцип музеефикации – сохранение объектов в их естественной среде. Такой музей демонстрируют исторические и природные памятники и достопримечательности как сложившиеся ансамбли, его цель – обеспечение условий для актуализации памятников истории и культуры конкретной локации, с учетом существующих взаимосвязей между ними. Подобные музеи в отечественных классификациях обычно называют стационарными [4], ансамблевыми [9], резерватами [10] и т.д.

Одновременно с формированием музеев insitu на рубеже XIX–ХХ вв. появилась идея транслокации архитектурных памятников и их демонстрации в искусственно созданном пространстве. Начала складываться методология работы музеев-парков, называемых по первому шведскому проекту скансенами. Экспозиция этих музеев предоставляет собой воссозданное (смоделированное) поселение или ансамбль и включает уникальные и типичные здания и сооружения деревянного зодчества и народной архитектуры. Такие музеи в отечественных классификациях относят к транслоцируемым [4] / трансляторам [10], коллекционным [9], моделирующим среду [13] и т.п. Нередко они входят в состав музеев смешанного типа, включающих ансамбли insitu и перевезенные объекты.

Важно подчеркнуть, что первый транслоцируемый музей – шведский «Скансен-парк», открытый А.Хазелиусом в 1891 г., оказал неоценимое влияние на работу всех музеев под открытым небом и парков. Одним из главных принципов его работы стало стремление к наполнению искусственно созданного поселения настоящей жизнью. В числе прочего внутри хозяйственных и жилых помещений сохранялась обстановка, предметы домашнего обихода, орудия труда; крестьяне свободно пользовались ими и занимались своей повседневной деятельностью; были открыты этнографические мастерские и производственные объекты, обслуживающие посетителей в аутентичной стилистике (банк, почта, пекарня, обувная мастерская и т.п.).

Уже в первой половине ХХ столетия этот интерактивный подход распространился во многих странах мира и привел к образованию не только музеев-скансенов, но и музеев и парков «живой истории» [15]. Эти учреждения воссоздают жизнь отдельных эпох человеческой истории в формате стилизации на искусственно выделенной рекреационной территории (тематический парк) или в формате реконструкции в пределах исторического ландшафта (музей «живой истории»). Грань между этими подходами сложно уловима, и в отечественной науке распространенно синонимичное использование терминов «тематический исторический парк» и «музей “живой истории”». В отечественных классификациях музеев под открытым небом такие учреждения практически не рассматриваются, за исключением В.В.Тихонова, который относит их к музеям-реконструкциям (этнопаркам) [10].

Первые музеи и парки «живой истории» были открыты в конце 1920‑хгг. в США. Здесь же они получили наибольшее развитие. Образцовым считается город-музей «Колониальный Уильямсбург» (Colonial Williamsburg), который воссоздает поселение XVIII в. [19] Каждый человек здесь поддерживает традиции с многовековой историей: более 1,5 тысяч актеров и интерпретаторов в костюмах XVIII в. ежедневно гуляют по улицам города и беседуют на разные темы – от тонкостей работы кузнеца до политических проблем, волновавших колонистов того времени [20]. Здесь постоянно работают различные социально-бытовые объекты, воспроизводящие дух времени, в том числе Суд, демонстрирующий принципы правосудия колониального города [19].

В середине ХХ столетия появились музеи, развивающие принципы работы музеев insituв вопросах физического хранения наследия – российские музеи-заповедники (и соответствующие им европейские сайт-музеи). Законодательно перед ними ставится главная задача: обеспечение сохранности переданных объектов культурного наследия, т.е. их консервация, реставрация, изучение и популяризация [21]. Данное требование накладывает формальные и неформальные ограничения на использование историко-культурного наследия, хранимого музеями-заповедниками, и не в последнюю очередь, на технологии их экспозиционно-выставочной деятельности. При этом во второй половине ХХ столетия большинство музеев под открытым небом в России, созданных путем музеефикации ансамблей и достопримечательных мест, получили статус музея-заповедника. Словом, данный подход, акцентированный на физическом хранении, стал самым востребованным в нашей стране.

Наиболее комплексной формой охраны и актуализации природных и культурных ландшафтов стал национальный парк. Система нацпарков развивается в России сравнительно недолго (с начала 1980-х гг.), однако за это время сложилось два их условных типа:

- парки, предназначенные для сохранения уникальных природных памятников, охраны и воспроизводства флоры и фауны (напр., «Бузулукский бор», «Земля Леопарда», «Зов тигра» и др.);

- парки, территория которых насыщена памятниками истории и культуры (напр. «Валдайский», «Кенозерский», «Русский Север» и др.) либо обусловлена традиционным образом жизни малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока (напр., «Берингия», «Бикин» и др.).

Законом определяется, что в границах национальных парков выделяются зоны, в которых запрещается осуществление любой хозяйственной деятельности, и зоны, в которых она ограничивается для сохранения памятников природы, истории и культуры и их использования в рекреационных целях [18]. То есть, нацпарки ориентированы на бережное освоение и использование уникальных ландшафтов и поэтому занимают особое положение среди других ООПТ. Особое положение они занимают и в отечественных классификациях музеев под открытым небом, в которых, за редким исключением [4], не рассматриваются.

С последних десятилетий ХХ столетия в России получила распространение идея «живого музея». Она была впервые выдвинута П.А.Флоренским в 1918 г. в поисках гармоничных принципов музеефикации Троице-Сергиевой Лавры. Данный подход, схожий с американским движением «живой истории», отличается от последнего значительным вниманием к подлинным предметам и объектам в проектируемых динамичных экспозициях. Кроме того, «живой музей» имеет иные цели – не воссоздать эпоху в ее целостности, а отобразить историко-культурную роль объектов, их духовное значение и содержание и способствовать возрождению историко-культурных традиций.

В широких масштабах увлечение идеей «живого музея» фиксируется в последние десятилетия, однако и ранее предлагались подобные музейные проекты. К примеру, В.В.Тихонов упоминает, что в 1923 г. на Всероссийской сельскохозяйственной выставке в Москве были сооружены новоделы-реконструкции девяти крестьянских усадеб – копии наиболее интересных построек из основных губерний европейской части России с полной хозяйственной инфраструктурой. Внутри смоделированной деревни «работали ремесленники в традиционной одежде, имитирующие основные промыслы, распространенные в европейских губерниях страны» [10].

В современной музейной практике встречаются разные вариации использования технологий «живого музея». В случае, если такие технологии становятся основой экспозиционной деятельности музея под открытым небом, происходит его преобразование в масштабный «живой музей», стирающий грани между музейными моделями и реальностью. Подобные учреждения отечественные исследователи называют как «живыми» [13, 23, с. 22–112], так и средовыми [9].

В зарубежной теории и практике концепция «живого музея» ассоциируется с идеей «нового», «полезного музея» американского библиотекаря Дж. К. Дана. Он подчеркивал, что такой музей должен находиться в тесном взаимодействии с местным населением, чтобы обеспечивать сохранение функционирующей, развивающейся традиции [23], и тем самым предвосхитил музейные проекты второй половины ХХ столетия, ознаменовавшие рождение экомузеологии во Франции.

Ж.А.Ривьер, автор данной концепции, при создании первых экомузеев ориентировался на известный скандинавский опыт. Однако во Франции речь шла не о перевозке исторических построек, а об их восстановлении в первоначальном виде и в соответствующем окружении там, где они находились [24]. В целом, как отмечал Ю.Варин, коллега и последователь Ривьера, несмотря на все попытки концептуализации понятия экомузей, «оно различимо в каждом конкретном случае. Это может быть просветительское учреждение, парк-музей, музей на общественных началах, этнографический заповедник или центр промышленного наследия» [25]. Принципиальным отличием всех экомузеев, открытых впоследствии во Франции и за ее пределами, стало активное участие местного сообщества в сохранении и использовании своего этнокультурного и природного наследия.

Итак, нормативная и методологическая система, которая сложилась в России и за рубежом в течении ХХ в., предполагает превращение ценного историко-культурного ландшафта в один из типов музеев под открытым небом или парков – музей insitu, скансен, музей / парк «живой истории» (тематический исторический парк), музей-заповедник (сайт-музей), национальный парк, «живой музей» и экомузей.

диаграммаВ настоящее время в России наблюдается сближение всех перечисленных форм сохранения и моделирования историко-культурных ландшафтов, выражающееся в социокультурном феномене музейно-паркового комплекса (диагр.). Фактически, происходит смысловое преобразование многих традиционных музеев под открытым небом и парков в подобные комплексы, которые хранят и актуализируют наследие и обеспечивают возможности рекреации.

В частности, идеи «оживления» истории, особенно в формате фестивалей реконструкции, иммерсивных спектаклей и интерактивных парков исторических реконструкций, стали перспективным направлением развития отечественных музеев insitu и музеев-заповедников.

Например, в Музее-заповеднике «Бородинское поле» проходят самые разные военно-исторические фестивали, связанные с событиями Отечественной и Великой отечественной войн. Наиболее крупное и известное мероприятие – ежегодный Международный военно-исторический фестиваль «День Бородина», успешно развивающийся на протяжении не одного десятка лет.

На другом ратном поле России, с 1997 г. проводится Международный военно-исторический фестиваль «Поле Куликово», который приурочен к ежегодным торжествам годовщины знаменательной битвы. В рамках фестиваля традиционно проходят турниры по историческому фехтованию, конные состязания, маневры, бугурты, показательные выступления, ярмарка средневековых ремесленников, дефиле исторического костюма и т.д. [26]. Для детей устанавливается «Богатырская застава» – игровая площадка, где можно научиться метать копья, владеть мечом, стрелять из лука, сражаться на мягких мечах и примерять доспехи [27].

Интересно, что согласно Концепции развития Музея-заповедника «Куликово Поле» планируется возвести постоянный интерактивный объект (парк реконструкций) у д. Татинки, имеющий такое же название. Предполагается, что музей под открытым небом «Богатырская застава» будет воссоздавать деревоземляную крепость с сопутствующим комплексом построек. Следует добавить, что подобные объекты планируются во многих других музеях-заповедниках – «Кижи» (интерактивная зона исторических реконструкций «Этнодеревня» близ бывшей д. Нестерово), «Томская Писаница» (архитектурный историко-этнографический комплекс «Русские Притомья»), «Горки Ленинские» (тематический парк исторических реконструкций «Земля вятичей») [22, c. 261–325], «Царицыно» (тематический парк «Царицынский рай. Парк цветников и увеселений XVIII–XXI веков» [29]) и др.

В это же время отечественные национальные парки активно осваивают современные музейные технологии – мультимедиа, театрально-игровые приемы, технологии реконструкции, формируя внешние и внутренние экспозиции. В частности, в Национальном парке «Бикин» (Приморский край) была создана «Тропа охотника-удэгейца», основу которой составили арт-объекты, изготовленные художниками, скульпторами, резчиками по дереву и другими мастерами современного искусства. Основная тема 17 инсталляций – традиционный уклад жизни удэгейцев [30].

Другой пример. В национальном парке «Смоленское Поозерье» (Смоленская обл.) был проложен оригинальный маршрут «Преданья старины глубокой». Главная его идея – воссоздать элементы среды обитания человека на территории Поозерья в различные исторические периоды, в том числе – с помощью художественной реконструкции ряда объектов [31].

Интересный пример интерактивной экспозиции можно обнаружить в Национальном парке «Зюраткуль» (Челябинская обл.). В музее «Путешествие по Синегорью» с помощью современных технологий рассказывается о природных объектах территории, а также об истории создания и деятельности парка. В числе прочего здесь можно прикоснуться к настоящим рогам лося и посчитать годичные кольца на срезе настоящей сосны, рассмотреть, как под землей живут полевые мыши и змеи, потрогать археологические находки и почувствовать холод от капканов, изъятых сотрудниками парка у браконьеров [32].

Следует добавить, что для деятельности современных национальных парков особое значение стали играть идеи «живого музея» и экомузеологии. Наиболее оригинальные проекты подобного рода развиваются в Кенозерском национальном парке, где работает сразу несколько «живых» экспозиций («Амбарный ряд», музей-библиотека «Кабинет учёного» и др.) и обеспечиваются условия для вовлечения местного населения в процессы сохранения своего наследия.

Теперь переместимся в тематические исторические парки (парки «живой истории»), осваивающие в настоящее время музейный язык. Следует отметить, что в нашей стране действуют всего несколько крупных учреждений, строящихся по принципам зарубежных коллег («Моя Россия», «Федюхины Высоты», «Этномир», «Патриот» и др.). Однако в регионах, где остаются сильные связи с традиционным образом жизни, появляется все больше этнографических комплексов и историко-культурных центров [14], тяготеющих к «оживлению истории» и представляющих собой неформальные МПК.

В качестве примера можно назвать Музей живой истории «Щурово Городище» (Владимирская обл.), расположенный на окраине города Суздаля, на территории местного гостинично-туристического комплекса. Его общественное пространство строится типично и сочетает: стилизацию (декорации фильма П.Лунгина «Царь»); реконструкцию некоторых архитектурных объектов, представляющих быт средневековой Руси; коллекцию движимых предметов-артефактов, собранных в разных регионах России (лодки, телеги, сани, возки и т.п.) [33].

В наибольшей степени синтез музейных и парковых технологий происходит в пространстве формальных музейно-парковых комплексов. В настоящее время уже работают несколько таких учреждений (МПК «Северное Тушино» в Москве, МПК РФ в г. Иерихоне, МПК «Победа» в Минске и др.) и еще несколько планируется к открытию. В каждом из этих искусственно созданных пространств значительное внимание уделяется реализации рекреационной функции. При этом МПК осуществляют культурный брендинг регионов музейными средствами, создавая внешние и внутренние экспозиции с использованием подлинных предметов и объектов.

Наверное, наиболее яркий пример – Музейно-парковый комплекс Российской Федерации в г. Иерихоне (Палестина), развивающийся с 2011 г. [1, 34]. Если говорить кратко, то он включает три основных элемента:

- музейное здание, возведенное в неовизантийском стиле на месте, где планировалось строительство русского монастыря в конце XIX в.; внутри него – экспозиция «Византийский Иерихон. Археологические открытия на участке Правительства Российской Федерации в 2010 году», пространство для временных выставочных проектов и просветительских занятий;

- ландшафтный парк, включающий разновозрастные местные растения, смысловым центром которого является старая сикомора (библейская смоковница, дерево Закхея) – символическое свидетельство евангельского рассказа о приходе в город Иисуса Христа;

- экспозицию под открытым небом, где представлены музеефицированные археологические объекты (раскопки 2011–2013 гг.).

В целом, весь этот комплекс является культурным центром тех земель, которые принято называть Русской Палестиной.

Безусловно, появление подобных МПК способствует более широкому включению исторического, культурного и природного наследия в актуальную культуру, сохранению знаний и традиционных ценностей. В то же время этот процесс обостряет проблему классификации музеев под открытым небом и парков, учитывающей их различия и схожесть.

Следует отметить, что в музееведении нет единого подхода к вопросу типологизации музеев под открытым небом. Наиболее устоявшейся и применимой является классификация по форме создания (характеру музеефикации). Напомним, что на основе этого признака Б.В.Гнедовский выделял музеи под открытым небом стационарные (insitu, музеи-заповедники), транслоцируемые (скансены) и смешанного типа; особое место он отводил национальным паркам [4]. Минус этого подхода – отсутствие некого типа, соответствующего музеям и паркам, созданным на основе реконструкции – был преодолен в классификации В.В.Тихонова. Он предложил типы музея-резервата (т.е. стационарного), музея-транслятора (транслоцируемого) и музея-реконструкции, или этнопарка [10].

Новые МПК не всегда стремятся к воссозданию архитектурной среды, и безоговорочное отнесение их к последнему типу проблематично. Поэтому автор, не преследуя цель выдвинуть новую лаконичную классификацию, предлагает наметить следующие подходы к ее дальнейшей разработке.

Музеефикации территорий, в общих чертах, аналогична превращению единичных памятников в объекты музейного показа и происходит двумя путями – «как музей» и «под музей». По факту, объекты, которые сохранили достаточные материальные и нематериальные свидетельства своей уникальности, становятся основой исторически-сложившихся музейных комплексов; среди них особо выделяются те территории, где памятники истории и природы сохраняются внутри живой традиций, в динамичной форме. Третью группу представляют собой территории, утратившие собственные аутентичные объекты и искусственно наполняемые дополнительными музейно-экспозиционными объектами.

Соответственно, можно выделить:

- искусственно созданные комплексы или музеи-парки (скансены, музеи и парки «живой истории», формальные МПК);

- исторически сложившие комплексы (традиционные музеи insitu, музеи смешанного типа, музеи-заповедники);

- культурно-экологические развивающиеся комплексы (национальные парки историко-культурной направленности, экомузеи, «живые музеи»).

Подведем итоги. Проведенный анализ показал, что исторически сложилось несколько основных форм сохранения, моделирования и актуализации историко-культурных ландшафтов. Это – музеи insitu, скансены, музеи и парки «живой истории», музеи-заповедники (сайт-музеи), национальные парки, «живые музеи» и экомузеи. В настоящее время наблюдается сближение и синтез их методов работы в феномене МПК. Эти формальные и неформальные учреждения, напрямую совмещая функции парка и музея, становятся эффективным средством культурного брендинга регионов, улучшая их рекреационные возможности и культурный имидж.


ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Беляев Л.А. Музейно-парковый комплекс России в г. Иерихон // Комплексные археологические исследования при строительстве, реконструкции, реставрации, землеустройстве, земляных, мелиоративных и хозяйственных работах. – М.: ИА РАН, 2015. – С. 30-31.

[2] Агарков Ю.В., Агарков А.Ю. Концепция создания российского музейно-паркового комплекса естественной истории // Экологические проблемы и стратегия устойчивого развития агломерации город-курорт Сочи: Сб. науч. ст. по мат. II науч.-прак. конф. – Сочи, 2016. – С. 201-205.

[3] Пряхин А.Д. Изучение комплекса памятников древнерусского времени Вантит на северной окраине г. Воронежа и придание территории статуса музейно-паркового комплекса // Труды III(XIX) Всеросийского археологического съезда / ИИМК РАН, ИА РАН, ИАЭ СО РАН. – В.Новгород ; Ст. Русса: ИИМК РАН, 2011. – С. 176–178.

[4] Гнедовский Б.В. Методические рекомендации для подготовки проектной документации и проектирования музеев под открытым небом: история создания и общая методика : в 2 ч. Ч. 1. – М.: 1983. – 18 с.

[5] Чайковский Е. Музеям под открытым небом – 100 лет // На пути к музею XXI века. Музеи – заповедники. – М., 1991. – С. 10–26.

[6] Забелина Н.М. Национальный парк. – М.: Мысль, 1987. – 170 с.

[7] Севан О.Г. Музеи под открытым небом Европы // Обсерватория культуры. – 2006. – № 3. – С. 60–69.

[8] Севан О.Г. Российские музеи под открытым небом // Обсерватория культуры. – 2006. – № 6. – С. 66–75.

[9] Каулен М.Е. Музеефикация историко-культурного наследия России. – М.: Этерна, 2012. – 462 с.

[10] Тихонов В.В. Анализ методической базы музеев под открытым небом России. – Иркутск: Макаров, 2003. – 176 с.

[11] Тихонов В.В. Практика создания зарубежных и российских этнографических музеев под открытым небом // Вестник Забайкальского государственного университета. – 2012. – № 9. – С. 3–8.

[12] Тихонов В.В. Особенности и перспектива формирования методической базы этнографических музеев под открытым небом в СССР и России // Омский научный вестник. – 2012. – № 5. – С. 251–254.

[13] Глушкова П.В. Классификация музеев под открытым небом в аспекте актуализации нематериального культурного наследия // Вестник Кемеровского государственного университета. – 2015. – № 1-1(61). – С. 59–63.

[14] Нельзина О.Ю. Тематические парки как учреждения музейного типа: проблемы и перспективы / Нельзина О.Ю., Окороков А.В., Поляков Т.П.. – М.: Ин-тНаследия, 2019. – 288 с.

[15] Boardman K. Revisiting Living History: A Business, An Art, A Pleasure, An Education // The living history anthology: perspectives from ALHFAM / Ed. by Martha B. Katz-Hyman, Cliff Jones, Susan J. McCabe, and Mary Seelhorst; Association for Living Historical Farms and Agricultural Museums (U.S.). New York, NY: Routledge, 2019.

[16] Руководство по выполнению Конвенции об охране всемирного наследия (1-ое печ. изд. – 1999 г.) // UNESCO World Heritage Centre : [сайт]. – URL: https://whc.unesco.org/archive/opguide-rus.pdf (дата обращения: 11.12.2021).

[17] Федеральный закон от 25 июня 2002 г. № 73–ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации».

[18] Федеральный закон от 14.03.1995 № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях».

[19] Colonial Williamsburg : [офиц. сайт]. – URL: https://www.colonialwilliamsburg.org/ (дата обращения: 28.11.2021).

[20] ДробышеваТ. Колониальный Вильямсбург: назад в XVIII век // История США: материалы по курсу : [сайт]. – URL: https://ushistory.ru/populjarnaja-literatura/608-kolonialnyj-viljamsburg-nazad-v-xviii-vek (дата обращения: 28.11.2021).

[21] Федеральный закон от 26 мая 1996 г. № 54–ФЗ «О Музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации» (ред. от 11.06.2021) [ст. 27].

[22] Экспозиционная деятельность музеев в контексте реализации «Стратегии государственной культурной политики на период до 2030 года» : монография / Т.П. Поляков, Т.А. Зотова, Ю.В. Пустовойт, О.Ю. Нельзина, А.А. Корнеева. – М.: Ин-т Наследия, 2021.

[23] Каулен М.Е. Музей и наследие // Музей. – 2009. – № 5. – С. 17.

[24] Юбер Ф. Экомузеи во Франции: противоречия и несоответствия // MUSEUM. – 1985. – № 148. – С. 6.

[25] Варин Ю. Термин и его значение // Там же. С. 5.

[26] Музей-заповедник «Куликово Поле» : [офиц. cайт]. – URL: https://kulpole.ru/bitva/festival-voenno-istoricheskoj-rekonstrukcii (дата обращения: 14.12.2021).

[27] Власова М. В Тульской области отметили 639 годовщину Куликовской битвы // Комсомольская правда: сетевое издание (Тула). 22.09.2019. – URL: https://www.tula.kp.ru/daily/27032.5/4096282/ (дата обращения: 14.12.2021).

[28] Концепция развития Государственного военно-исторического и природного музея-заповедника «Куликово поле» (в ред. 2016 г.) / Гос. воен.-истор. и прир. музей-заповедник «Куликово поле»; отв. ред А.Н. Наумов; (утв. решением Ученого совета Гос. музея-заповедника «Куликово поле» 28 февраля 2017 г.). – Тула, 2017. – 96 с.

[29] Концептуальные предложения по развитию музея-заповедника «Царицыно» (презентация Концепции на 2016-2022 гг.) // Tsaricino.mos.ru : [сайт]. – URL: https://tsaricino.mos.ru/upload/iblock/39b/kontseptsiya-razvitiya-gmz-tsaritsyno.pdf (дата обращения: 21.09.2021).

[30] Тропа охотника-удэгейца создана! // Machaon International : [сайт]. – URL: https://machaon.eu/ru/__trashed/ (дата обращения: 13.12.2021).

[31] Преданья старины глубокой // Национальный парк «Смоленском Поозерье» : [офиц. cайт]. – URL: http://www.poozerie.ru/about/proekti/predan-ya-starini-glubokoy/ (дата обращения: 13.12.2021).

[32] Визит-центр «Зюраткуль» в городе Сатка // Национальный парк «Зюраткуль» : [офиц. cайт]. – URL: https://zuratkul.ru/node/12948 (дата обращения: 16.09.2021).

[33] Музей живой истории «Щурово городище» // Туристический портал Владимирской области : [cайт]. – URL: https://www.tourism33.ru/guide/museums/suzdal/muzey-zhivoy-istorii-schurovo-gorodische/ (дата обращения: 22.09.2021).

[34] МПК РФ г. Иерихоне : [офиц. cайт]. – URL: https://www.rmpc-jericho.ru/ (дата обращения: 17.01.2022).


Зотова Татьяна Алексеевна,
старший научный сотрудник, аспирант,
Российский научно-исследовательский институт культурного
и природного наследия им. Д.С.Лихачёва (Москва)
Email: zotova_t@yahoo.com

© Зотова Т.А., 2022.
© Зотова Т.А., илл., 2022.
Статья поступила в редакцию 15.02.2022.
Опубликовано: Журнал Института Наследия, 2022/1(28)

Постоянный адрес статьи: http://nasledie-journal.ru/ru/journals/487.html
Открыть PDF-файл

Наверх

Новости

Архив новостей

Наши партнеры

КЖ баннер

Рейтинг@Mail.ru